Мы дали своим заказчикам немало полезных советов. Настало время немного пошалить и перейти к вредным. Рассказываем о том, как не надо себя вести с переводчиками. Для них это настоящая пытка, а для вас — риск потери качества, сотрудника и репутации.

Пытка неизвестностью

Человеку свойственно страшиться неизвестности. Мы любим планировать свою жизнь, стабильность создает у нас чувство защищенности. И даже если захочется адреналина, вряд ли нам придет в голову порулить на оживленной трассе с закрытыми глазами. Особенно если в машине есть другие пассажиры, за которых мы несем ответственность.

Но почему-то многим кажется, что на переводчиков эти правила не распространяются. «Тема мероприятия конфиденциальная». «Зачем вам материалы, вы что, плохо знаете язык?!» «Не надо вам ни к чему готовиться, мы сами всё скажем, вам надо только перевести». «Ну конечно, с текстом любой дурак сможет!»

Знание языка — необходимое, но не достаточное условие. Например, вы уверены, что знаете названия всех рыб или грибов даже на родном языке? Или уверенно пользуетесь медицинской терминологией и понимаете абсолютно всё, что говорят математики?

А уж если у докладчика проблемы с дикцией... Вы сами наверняка хоть раз сталкивались с ситуацией, когда вам не удалось с первого раза разобрать фамилию человека или название улицы. А ведь это тоже ваш родной язык.

Даже знание темы спасает не всегда. Во многих компаниях существует масса названий и сокращений, которыми не пользуются больше нигде. Наука не стоит на месте: появляются новые термины, новые концепции. И всё это переводчику надо знать, причем сразу на двух языках.

Поэтому подготовка — это очень важно. В конце концов, к мероприятию готовится даже докладчик, который знает тему еще лучше! Для подготовки пригодятся тексты выступлений, программа с именами и должностями участников, глоссарии, слайды презентаций, видеоролики.

Пожалуйста, не вынуждайте переводчиков «рулить» вслепую. В «машине», которую они ведут, находятся гости вашего мероприятия. И вы сами.

Пытка одиночеством

«Одиночество — это действительно при всех его огромных преимуществах паршивая вещь», — считают братья Стругацкие.

Переводчики-синхронисты не могут с ними не согласиться! Они работают по двое или даже по трое. По правилам переводчики сменяют друг друга каждые 20–30 минут — после этого концентрация внимания падает, появляется риск потери качества. Но они могут договариваться и об ином порядке — например, распределять между собой доклады.

Впрочем, напарник важен не только для того, чтобы оптимизировать нагрузку. Хороший партнер по кабине может подсказать вылетевшее из головы слово, записать цифры, быстро найти нужное место в цитируемом тексте, позвать техника или перехватить микрофон в случае необходимости. Это одна из причин, по которым международные организации часто привлекают к работе троих синхронистов. Пока один переводит, второй ему ассистирует, а третий отдыхает.

Однако напарники бывают разные. Если партнер допускает ошибки в переводе, не держит темп или неадекватно себя ведет, страдает и его коллега по кабине. Заказчики часто воспринимают пару переводчиков как единое целое и не разбираются, кто из них ошибся. А если разбираются, вполне могут потребовать, чтобы переводил только тот, кто работает хорошо. И он опять останется один — да еще и в обществе обиженного коллеги. Так что и правда «лучше одному, чем вместе с кем попало».

Поэтому не забывайте, пожалуйста, приглашать второго синхрониста и советуйтесь с переводчиком при выборе напарника. Очень часто он и сам может найти себе пару. Главное — не мешать.

Пытка плохим пилотом

«Наш полет проходит на высоте 10 тысяч метров. Экипаж корабля прощается с вами и желает вам приятного полета!»

Пассажирам наверняка в такой момент не до смеха. Примерно такие же чувства испытывает переводчик, когда на фоне бойкой речи иностранца слышит в наушниках неуверенное: «Э-э-э... он уже включен, да? Здра-а-авствуйте... э-э-э... конференция про здоровье... нет, про медицину».

«Кто взял этого человека в пилоты? И за что он достался мне???»

Причем тут пилот, если мы говорим про переводчиков? Объясняем!

Представим себе конференцию, рабочие языки которой — русский, английский и китайский. Сколько переводчиков для нее необходимо? Фантазер ответит: «Один, который знает три языка». Реалист, знакомый с тем, что такое синхронный перевод, поправит: «Четыре — ведь надо переводить на эти языки одновременно, а переводчики работают в парах». Перестраховщик возразит: «Шесть! По двое в парах русский<>английский, русский<>китайский и английский<>китайский. Когда заговорит китаец, на русский его будет переводить русско-китайская кабина, а на английский кто? Русско-английские переводчики же не знают китайского!»

В целом это правильно. Но если языков на конференции не три, а, допустим, шесть, то переводчиков при таком подходе потребуется не 10, а 30. А к ним 15 кабин с оборудованием, которые еще где-то надо разместить. Поэтому из таких ситуаций придумали выход. Русско-английским переводчикам в наушники надо транслировать перевод на русский, который делает русско-китайская кабина. И тогда они смогут переводить с русского на английский.

Эта система называется «реле́»; язык, который знают все переводчики (в нашем случае русский), — «осевой язык», а переводчик, который в данный момент переводит на этот язык, — «пилот». Именно с его перевода осуществляется перевод на другие языки.

И если пилот попался непрофессиональный, это настоящая пытка для его коллег-переводчиков. Впрочем, и для слушателей тоже — и не только для тех, кому не повезло с языком, а для всех.

Так что на многоязычных конференциях следить за качеством перевода надо особенно тщательно.

Пытка звуком в реале

Звук для переводчика почти так же важен, как для музыканта. Поэтому без саундчека, то есть попросту проверки звука, мы в кабину стараемся не садиться. Даже если инженеры клянутся и божатся, что уже всё проверили. Нам надо убедиться самим.

А еще — выяснить, хватает ли запаса громкости: слух-то у всех разный. И при прочих равных переводчику обычно требуется более громкий звук, чем слушателю. По этой же причине переводчики не любят работать «с воздуха», то есть сидя в зале без наушников (и обычно в самом дальнем углу). Даже если всем участникам слышно хорошо, для переводчика это слишком тихо.

Во-первых, переводчик не может себе позволить пропустить даже малейший оттенок смысла. Во-вторых, отчасти он заглушает оригинал своим голосом — ведь ему приходится говорить одновременно с докладчиком. В-третьих, потребность в более громком звуке связана с уровнем стресса.

Когда нам попадается сложный докладчик, часто мы почти неосознанно прибавляем громкость. Известна также тенденция к постепенному увеличению уровня громкости по ходу перевода. Поэтому наши преподаватели советовали убавлять звук по окончании своей смены: иначе в начале следующей он может «ударить по ушам». Да и прибавлять уже будет особо некуда.

А еще переводчики часто приходят со своими наушниками — это одна из тех вещей, на которые они не жалеют денег. Правда, использование своих наушников возможно не со всеми пультами. Если микрофон совмещен с наушниками — выбора нет, приходится напяливать что дают. А дают часто неудобное, с торчащим во все стороны поролоном или вываливающееся из ушей. И не факт, что хорошо продезинфицированное после предыдущих пользователей.

Вот поэтому мы так трепетно расспрашиваем заказчиков о том, какое будет оборудование, а на месте сами пытаем инженеров. Это не со зла!

Пытка звуком в онлайне

Онлайн принёс новые, более изощренные способы пытки звуком. Самый распространенный — это, пожалуй, искажения звука, возникающие при нестабильной работе интернета или использовании неисправного микрофона. Иногда звук и вовсе пропадает, а докладчик продолжает говорить как ни в чем не бывало. Часто в таких случаях он не слышит и модератора. Особенно тяжело, если модератор и докладчик говорят на разных языках — переводчику приходится буквально разрываться в этом хоре.

Дополнительным источником помех становятся фоновые шумы — дети, соседский ремонт, домашние животные. Или даже музыка, посторонние шумы и разговоры в кафе и других общественных местах, откуда нередко подключаются к онлайн-конференциям.

В условиях плохой слышимости на очных мероприятиях переводчики иногда буквально читают по губам. (Вот зачем в кабине нужен второй монитор с изображением докладчика!) В онлайне камера не всегда включена, особенно если связь оставляет желать лучшего. Кроме того, согласно некоторым исследованиям, невербальные сигналы в онлайне довольно сильно искажаются. Где уж там уловить движение губ...

Но самое страшное в онлайне — акустический шок. Его причиной становятся резкие громкие звуки, возникающие при падении микрофона, его «продувании» или постукивании по нему. Такая же проблема появляется в случае обратной петли («эхо»), когда микрофон говорящего улавливает и усиливает звук из динамика. Или просто если микрофон одного из участников настроен на очень большую громкость.

Конечно, подобные шумы неприятны всем участникам. Но переводчики, которые слушают выступающих в наушниках, часто на максимальной громкости и ловя каждый звук, страдают особенно сильно. В некоторых случаях они испытывают недомогание, по симптомам схожее с сотрясением мозга, или даже временно теряют слух. По данным исследования, проведенного Международной ассоциацией переводчиков конференций (AIIC), с акустическим шоком сталкивалась почти половина всех опрошенных.