Группа РПК

rg-1

Синхрон из Кремля

Переводчики «первых лиц» вспомнили прошлое
Российская газета — Столичный выпуск № 222(5895)

Вчера в Клубе Президентского полка Московского Кремля прошли торжественные мероприятия, посвященные Международному дню переводчика.

Сам праздник отмечается 30 сентября, но этот день ведущие российские переводчики встретят в Казани, где будет проходить 4-ый форум сотрудников и руководителей переводческих бюро. В мероприятии примут участие около 500 человек. Главная задача — выработать предложения для законопроекта о переводчиках. Но даже его внесение в Думу пока еще дело далекого будущего, а сегодня больше говорили о прошлом.

К этому располагал состав участников. В Кремль приехали — или, точнее, вернулись — бывшие переводчики глав СССР и России. Позируя перед фотовыставкой «История в переводе», на которой лидеры государств мира были представлены в сопровождении участников праздника, они с явным удовольствием делились яркими воспоминаниями. Самым последним с главами нашего государства работал переводчик Владимира Путина и Дмитрия Медведева Андрей Цыбенко. «Для меня нынешние лидеры — герои», — отметил он. Впрочем, делиться какими-то интересными подробностями из жизни мировых лидеров он отказался: «Забавных моментов всегда было много. Но я как действующий дипломат не имею права их пересказывать». «Раскололся» Цыбенко лишь на последующем круглом столе, который провела тележурналист Наталья Метлина. Он вспомнил самый трудный эпизод из своей практики — когда ему пришлось переводить знаменитый ответ Владимира Путина по поводу подводной лодки «Курск»: «Она утонула». Это было в студии телекомпании CNN, где Цыбенко посадили в отдельную комнату, не снабдив наушниками вовремя. И эта фраза оказалась первой, которую он услышал. О контексте пришлось догадываться самому. Также Цыбенко дал совет тем, кто хочет повторить его жизненный путь. Главное — учиться и пытаться разбираться во всем — никогда не знаешь, что пригодится: «В МГЛУ им. Мориса Тореза мы изучали историю Кремля. И потом, когда мы ходили по Кремлю с высокими гостями, неизбежно возникали какие-то паузы, которые могли бы показаться неловкими. Но я заполнял их рассказами об истории Кремля, какими-то библейскими сюжетами и таким образом давал гостям представление о том, где они находятся».

Своим видением того, какими качествами должен обладать идеальный переводчик, поделился и легендарный Виктор Суходрев, работавший с Никитой Хрущевым и Леонидом Брежневым. По его мнению, главное — это «правильно и грамотно переводить». А для этого нужно превосходно знать родной язык, не бояться публичности и уметь принимать решения за долю секунды.

Он поделился двумя любопытными историями из общения с американскими президентами. Однажды он приехал в Нью-Йорк с председателем кабинета министров СССР Алексеем Косыгиным. И вдруг у переводчика очень сильно разболелся зуб. Его отвезли к местному врачу, который выдрал причину боли. Однако из-за этого образовался флюс. С распухшей щекой Суходреву и пришлось переводить переговоры Косыгина и тогдашнего главы США Линдона Джонсона. В таком виде он появился на первополосной фотографии журнала «Лайф» между двумя лидерами.

Интересно, что во время переговоров на флюс Суходрева обратил внимание сам президент США. Дело было так: переговоры затягивались, и действие обезболивающих таблеток прекращалось. Переводчик стал трогать рукой щеку, чем и привлек внимание Джонсона. Обеспокоенный, он спросил у Суходрева, в чем дело. Ничтоже сумняшеся, переводчик рассказал. Джонсон отреагировал немедленно: «У нас такое тоже бывало. Сейчас, минуточку!» Тут же вызвал личного врача, который принес какие-то таблетки и стакан воды. «Буквально через 10 минут все прошло. Сильнодействующие оказались!» — резюмировал Суходрев.

Вторая история тоже болезненная. И для Суходрева лично, и для страны в целом. Переводчик напоминает: «В 1979 году Брежнев уже не говорил, а только читал заранее приготовленные тексты. На встрече с Картером ему должны были задать несколько вопросов. Ответы на них приготовили заранее, но порядок был неизвестен. Я должен был подсовывать ему нужную бумажку. А один вопрос предполагал либо длинный, либо короткий ответ в зависимости от того, как его сформулирует Картер. Он сформулировал кратко, поэтому я зачеркнул длинный ответ и отдал бумажку Леониду Ильичу. Брежнев посмотрел и спросил: «А остальное не читать?» Я сказал: «Не надо». Это было довольно громко, потому что Брежнев тогда уже очень плохо слышал. Честно говоря, было стыдновато».

При этом самого Брежнева он в этом не винит. Суходреву даже было «жалко дряхлеющего вождя». Зато раньше он всегда поражался его умению вести профессиональную дискуссию по любым вопросам. Поделился Суходрев и своим отношением к другим лидерам СССР. Косыгина он назвал «самым интеллектуальным и высокоразвитым» человеком в высшей номенклатуре. А с Хрущевым у переводчика сложились хорошие личные отношения, «несмотря на все его безобразные качества». Никиту Сергеевича, кстати, переводить было труднее всего. Обычно он читал лишь самое начало заранее подготовленной бумажки, а потом откладывал ее и говорил свободно, перемежая речь поговорками, пословицами и народными выражениями, которые всегда трудны для перевода. Суходрев даже пошутил: «Если Хрущев говорил «нАчать», я переводил: «bEgin»».

На круглом столе поговорили и об отличии работы переводчика в советские времена и сейчас. По мнению Виктора Суходрева, раньше было тяжелее в том плане, что обычно поездки за рубеж длились дольше. Он привел в пример 13-дневный визит Хрущева в США. Для переводчика это означает, что каждый день несколько часов нужно работать синхронистом, что жутко выматывает. Сейчас же переводчикам сложнее из-за того, что почти все государственные деятели думают, что знают какой-нибудь иностранный язык, но на самом деле это не так.

Текст: Виктор Фещенко
Российская газета — Столичный выпуск № 222(5895)
https://rg.ru/2012/09/26/perevoschiki-site.html

Новости

Акселератор для «Турфона»

В сентябре—декабре 2020 года команда «Турфона» прошла акселератор «Техэксплорер», организованный Фондом «Сколково».